ГАНГУТ 1714

     Гангутское сражение между русским и шведским флотами произошло у одноимённого полуострова летом 1714 года. Победив в этой битве, русский флот полностью завладел инициативой и изменил ход войны на море.

ГАНГУТ. ХРОНОЛОГИЯФлоты

   25 апреля: шведский флот под командованием вице-адмирала Ватранга занимает позицию на плесе у южной оконечности полуострова Гангут.
    Май: русский корабельный и галерный флоты выходят в море.
 29 июня: русский галерный флот сосредотачивается у деревни Тверминне.
   20 июля: Пётр I прибывает на полуостров Гангут и в течение 21-22 июля лично проводит рекогносцировку, после чего отдаёт приказ выдвинуть дозорный отряд из 15 скампавей и строить на перешейке «переволоку», чтобы перетащить часть лёгких галер в тыл противника.
   25 июля: Ватранг, узнав о строительстве «переволоки», направляет к западному берегу перешейка отряд из 10 судов контр-адмирала Эреншильда. Более крупный отряд вице-адмирала Лиллье направляется к Тверминне для атаки русского флота, а сам Ватранг с остальными кораблями остаётся на Гангутском плёсе.
   26 июля, утро: воспользовавшись штилем, Пётр I решает обойти шведские корабли мористее. В 9 часов утра в прорыв направдяется авангард из 20 скампавей (М.Х. Змаевич). Ватранг, заметив манёвр русских, снимается с якоря и при помощи шлюпок пытается отбуксировать свои корабли ближе к месту прорыва. Огонь не причиняет вреда русским галерам, а Лиллье ввсиду штиля не может вернуться к главным силам.
    26 июля, день: прорыв осуществляет второй отряд – 15 или 16 галер (Ф. Лефорт), а отряд Змаевича, огибая полуостров, встречает отряд шаутбенахта Таубе, идущего на помощь Ватрангу, и обстреливает его, после чего тот уходит обратно к Аландским островам. Змаевич по приказу Петра I блокирует корабли Эреншильда в Рилакс-фьорде.
   27 июля: ночью Ватранг, к которому присоединился Лиллье, отводит корабли мористее, чем вновь воспользовался Пётр I – утром русский галерный флот под прикрытием тумана пошёл на прорыв вдоль берега. Штиль вновь не дал Ватрангу возможности атаковать – 98 галер с 15-тысячным десантом прорвались в Абоские шхеры.
    27 июля, 14 часов: русский флот закончил развёртывание для атаки отряда Эреншильда. После того, как шведский контр-адмирал отказался сдаться, начинается сражение. Две атаки с фронта успеха не имели, после чего Пётр I приказал атаковать вдоль флангов. После ожесточённого боя к 17 часам сдался последний корабль шведов – флагман Эреншильда фрегат «Элефант».

ПРИБРЕЖНЫЙ ФЛОТ

     В стеснённых прибрежных водах и в шхерах Финляндии применение гребных судов неожиданно оказалось очень эффективным.
  Корабли, использовавшиеся русским шведским флотами в ходе Северной войны 1700-1721 годов, являлись типичными образцами судов своей эпохи, в которых были реализованы изменения, которые в те годы имели место в развитии военно-морских вооружений и тактики действий флотов. Свое влияние на характер войны на море оказал и театр военных действий - мелководные районы Финского и Ботнического заливов.

Линейные корабли

  Достижения конца XVII века в металлургии и других отраслях промышленности способствовали дальнейшему совершенствованию артиллерии - появились более мощные орудия, благодаря чему в морском бою артиллерийский огонь постепенно позволил отойти от абордажной тактики. В результате начала меняться и архитектура боевых кораблей - они стали более широкими и «приземистыми», чтобы концентрировать основную мощь огня как можно ближе к ватерлинии кораблей противника. Высота палубы, с которой стрелки и малокалиберные пушки могли вести огонь по врагу, уже не имела определяющего значения в морском бою. Постепенно галеоны - главные корабли XVI века - уступили место кораблям новой формации, которые в английском языке именуются «ships of the line», а на русском - линейные корабли.
    Свое название эти крупные корабли с прямым парусным вооружением получили по типу боевого строя, который стал основным во второй половине XVII века, когда была введена линейная тактика боя: корабли выстраивались в кильватерные колонны, боевые линии, и обменивались с противником бортовыми залпами. Даже простое управление линейными кораблями, которые в зависимости от числа орудийных палуб (деков) бывали двух- и трехдечными, требовало от команды чрезвычайно слаженной работы, а от офицеров -разносторонних знаний. От канониров требовалось особое мастерство, чтобы вести прицельный и эффективный огонь даже в штормовых условиях. В конце XVIII века линейные корабли, уже игравшие главную роль в войне на море, являлись очень крупными судами - количество орудий на них достигало 100 и более. Однако в 1714 году такие показатели еще не были достигнуты, и лишь на некоторых кораблях насчитывалось до 70 пушек. Большинство кораблей имело 35-50 различных орудий (как на заурядном фрегате конца XVIII века). Но в данном случае они все же обозначаются как линейные корабли.

Шведский флот

   В начале XVIII века Швеция практически безраздельно господствовала на Балтике, где располагала мощным военным и многочисленным торговым флотами. Шведские моряки имели большой опыт плаваний, в том числе и дальних.

шведский линейный корабльШведский линейный корабль

    Линейные корабли шведов обычно тесно взаимодействовали с меньшими боевыми кораблями и судами, в гом числе трехмачтовыми фрегатами, шнявами - небольшими двухмачтовыми судами, которые в военных флотах обычно называли корветами или шлюпами и активно использовали для разведки, а также одномачтовыми шлюпами, тоже привлекавшимися к ведению разведки и использовавшимися в качестве посыльных судов.
   Принимая во внимание, что в русской кампании шведскому флоту часто приходилось действовать в прибрежных мелких водах, в состав шведских эскадр обязательно включались и более мелкие корабли, такие как, например, галеры или прамы. Последние часто назывались также бомбардирскими кораблями и фактически представляли собой плавучие артиллерийские батареи - имевшие невысокую скорость хода плоскодонные артиллерийские парусные суда, которые иногда несли до 40 пушек и применялись для действий на мелководье, у берегов и в реках против крепостей и береговых укреплений противника. Именно такой «прибрежный» шведский флот, флагманом которого был прам «Элефант», и оказался героем Гангутского сражения.

Русский флот

   К началу Северной войны русский военный флот фактически только начал формироваться - полноценной морской державой Россия стала лишь к концу правления Петра Великого. Даже коммерческий флот в России тогда, по большому счету, отсутствовал как таковой - морская торговля велась при посредничестве западноевропейских моряков. Именно отсутствие флота сочли одной из главных причин поражения в Азовском походе 1695 года, поэтому наличие флота во втором Азовском походе принесло русским войскам долгожданную победу - турки сдали крепость.
   В начале нового века морская деятельность России сместилась на Балтику, где благодаря неуемной энергии русского царя и его единомышленников, а также упорному труду русских моряков и всего народа в целом, создание военного флота России шло поистине стремительными темпами. Первая кораблестроительная программа была принята и реализована, правда, частично, уже в 1703 году, а в 1704 году в дельте реки Невы царь лично заложил Адмиралтейскую верфь. Петр I активно приглашал на русскую службу кораблестроителей и офицеров из европейских стран.
   Крупные парусные корабли строились как в России, так и за рубежом. Первые два линейных корабля - 50-пушечные «Рига» и «Выборг» - были заложены в августе 1708 года на Новой Ладоге. Адмиралтейская верфь заложила первый линейный корабль - 54-пушечную «Полтаву» - в декабре 1709 года, причем его строителями значились Федор Скляев и Петр Михайлов, то есть сам царь. Флот получил «Полтаву» в 1712 году, корабль имел 18-фунтовые пушки на нижнем деке, на верхнем деке - 8-фунтовые орудия, а на фордеке и баке стояли 4-фунтовые пушки. Примерно таким же образом вооружалось большинство русских линейных кораблей того времени (в России линейные корабли именовались просто «корабли»). Первый трех-дечный линейный корабль, «Лесное», был спущен на санкт-петербургской верфи в июле 1718 года.
    Приобретались корабли и за границей - почти треть из построенных до конца Северной войны линейных кораблей имела зарубежное происхождение, например, купленные у британцев 50-пушечные «Виктория», «Страфорд» и «Оксфорд» (бывшие «Гранд Вэнкёр», «Винтворт» и «Танкерфилд», соответственно).
    Главным недостатком русского флота того периода была нехватка морской практики и боевого опыта, что приводило к многочисленным навигационным ошибкам и неправильному маневрированию в бою. Так, в июле 1713 года русская эскадра из десятка кораблей под флагом вице-адмирала Корнелиуса (также Корнелия Ивановича) Крюйса, следуя в Ревель, обнаружила и попыталась атаковать три шведских судна, но вскоре три русских линейных корабля, включая флагманский, сели на мель, один из них («Выборг») получил сильные повреждения и был сожжен. По итогам суда вице-адмирал Крюйс и капитан-командор Рейс были приговорены к смертной казни, которую заменили ссылкой - соответственно, в Казань и Сибирь. Крюйс из ссылки вернулся в 1719 году, а полностью восстановлен в правах был лишь посте смерти Петра I.

Галерный флот

    Кроме линейных кораблей русский флот получил десятки фрегатов, шняв и других кораблей, но все же решающую роль в борьбе на море, по крайней мере, на первом этапе Северной войны и особенно во время кампании в Финляндии сыграли не парусные, а крупные гребные суда - в русском флоте того времени они назывались галерами, полугалерами и скампавеями. Именно галеры - незамысловатые конструктивно, но очень практичные в мелководных шхерах и на реках - позволили вырвать у шведов победу в Гангутском сражении. Галеры стали строить еще для второго Азовского похода. За основу взяли судно, приобретенное в Голландии в 1694 году, а первые галеры для Балтийского флота были заложены в октябре 1703 года на Олонецкой верфи и в следующем году вступили в строй. Русские галеры были трех основных типов - французского, венецианского и турецкого. Последних было больше, они отличались большей скоростью и маневренностью, но ввиду меньшей высоты бортов обладали худшей мореходностью. Кроме того, галеры в условиях Балтики оказались как нельзя лучше приспособлены для перевозки личного состава десантов, а с точки зрения постройки и управления они были намного проще фрегатов или линейных кораблей.
   Кроме того, активное участие в войне на море приняли и небольшие парусно-гребные суда, названные бригантинами - за время Северной войны русский флот получил более сотни кораблей этого типа.

Вооружение и тактика действий

   Русское командование избегало встречи с крупными соединениями шведского флота - силы были еще слишком неравными. Поэтому основные действия разворачивались в мелководных прибрежных районах, где флот активно поддерживал операции, проводимые русской армией.
   Что касается тактики гребных флотов, то противники после непродолжительной перестрелки обычно с применением картечи, наносившей больший урон на открытых палубах галер, стремились начать абордаж. Вооружение матросов и корабельных солдат (морской пехоты) включало ружья и пистолеты, но более всего были распространены гранаты - пустотелые чугунные шары с зарядом взрывчатого вещества - и различное холодное оружие. Однако главное преимущество в абордажном бою давала храбрость воинов. Ее русским морякам и солдатам было не занимать, что и доказало Гангутское сражение.

Русская галера

русская галера

    Галера являлась низкобортным гребным судном, отличительной особенностью которого стал довольно длинный корпус – у военных галер отношение длина/ширина достигало 8:1. Кроме вёсел галеры имели вспомогательное парусное вооружение. Под парусами обычно ходили вне боя, во время схватки полагались только на крепость мускулов. Под вёслами галеры могли развивать ход до 8 узлов. Небольшая осадка галер обеспечивала им  превосходные боевые качества в прибрежных мелководных районах, а также на реках и озёрах. Впрочем, галеры имели и существенные недостатки – их конструкция была относительно непрочной, из-за этого мореходность галер была ограниченной, а палуба практически незащищённой, вследствие чего под артиллерийским обстрелом команды галер несли тяжёлые потери. К тому же, недостаток прочности конструкции не позволял разместить на галере большое количество пушек, которые также имели ограничение по калибру. Русские галеры строились по трём основным типам и могли насчитывать до 50 вёсел и до 20 пушек, а численность команды и десанта – морской пехоты – достигала 500 человек.

АпраксинФЁДОР АПРАКСИН

    Граф Фёдор Матвеевич Апраксин (7 декабря 1661 – 10 ноября 1728) – сын стольника Матвея Васильевича Апраксина. Один из сподвижников Петра I. Руководил постройкой первого казённого корабля на Соломбальской верфи и кораблей в Воронеже и Азове. Командовал корабельным флотом на Балтике и войсками в Ингерманландии. Генерал-адмирал (1708) , В 1710 году корпус Апраксина захватил крепость Выборг, а в 1713-1714 годах вёл успешные военные действия в Финляндии. Галерный флот под командованием Апраксина в Гангутском сражении нанёс поражение шведскому флоту. С 1717 года – президент Адмиралтейств-коллегии, сенатор, позднее – командующий флотом на Каспии и участник Персидского похода 1722-1723 годов. В 1723-1726 годах Апраксин являлся членом Верховного тайного совета.

СРАЖЕНИЕ

    Русские галеры сумели проскочить по мелководью мимо шведской эскадры, и теперь им предстояло сразиться со шведскими галерами.
    К началу 1714 года боевой состав русского Балтийского флота существенно вырос - он представлял собой уже достаточно мощную силу и мог оказывать активную помощь русским войскам в завоевании Финляндии. В кампании предстояло принять участие обоим флотам - парусному и галерному. Парусный флот к 8 мая вышел на рейд Котлина (9 линейных кораблей, 5 фрегатов, 4 шнявы под командованием капитан-командора В. Шельтинга), а на следующий день из Санкт-Петербурга в море вышел галерный флот. Последний включал 99 галер - по 33 галеры в авангарде, кордебаталии (центр) и арьергарде, тогда как каждая эскадра включала три дивизии по 11 галер в каждой. Авангардом командовал шаутбенахт (контрадмирал) Петр Михайлов (то есть сам Петр I), а кордебаталией и всем флотом - генерал-адмирал Федор Апраксин. Командиром арьергарда сначала был назначен шаутбенахт галерного флота Иван Боцис, но накануне выхода в море он скоропостижно скончался. Позднее царь перенес свой флаг на один из парусных кораблей и принял командование корабельным флотом.
   20 мая русский флот взял курс на Березовые острова, однако вскоре выяснилось, что движение галер далее на запад невозможно - шхерный фарватер от Выборга к Гельсингфорсу был скован льдом. В итоге парусный и галерный флоты оставались у островов до 31 мая, после чего галерный флот проследовал в Гельсингфорс (в настоящее время Хельсинки), а парусники длительное время крейсировали у южного берега Финского залива и 11 июля стали на якорь у входа в Ревельскую гавань (в настоящее время Таллинн).
     К 20 июня на рейде в готовности к походу находились 16 линейных кораблей, пять фрегатов и три шнявы, всего более 1000 пушек. Петр I решил приступить в осуществлению активной фазы финской кампании и начать с захвата Або (в настоящее время Турку). Опираясь на этот порт и город, флот мог держать под контролем Ботнический залив, а через Аладские острова несложно было «достать» и до самой Швеции.

Ответ шведов

   Шведское командование понимало опасность сложившейся ситуации и направило для противодействия русским эскадру адмирала Ватранга, в состав которой вошли 17 линейных кораблей, 4 фрегата и 2 прама, а также несколько галер.
   25 апреля главные силы шведов надёжно перегородили вход в Абоские шхеры – гребные суда блокировали прибрежный фарватер у полуострова Гангут, а парусные корабли держались мористее, перекрывая выход из Финского залива в открытую часть Балтийского моря.
    29 июня Апраксин сосредоточил галерный флот у деревни Тверминне у восточного выступа в море полуострова Гангут и стал ожидать дальнейших указаний царя.

Перетащить галеры

   18 июля Петр I на фрегате «Святой Павел» в сопровождении шести линейных кораблей и шнявы отправился из Ревеля к противоположному берегу залива и 22 июля лично выполнил рекогносцировочный поход на галере к мысу Гангут - для осмотра места предстоящего сражения. Царь понял, что прорваться здесь можно будет, либо дав генеральное сражение, либо же придумав какую-то военную хитрость - противостоять в открытом бою шведскому флоту в составе трех десятков кораблей Петр I не решался.
    В итоге у русского командования возникла идея перетащить гребные суда волоком на самом узком участке полуострова Гангут. 23 июля это место осмотрел лично Федор Апраксин – длина перешейка составила около 2,5 км. В тот же день туда отправили 100 человек от каждого пехотного полка и по 50 от каждого батальона гвардейских полков – им надлежало строить бревенчатый помост, по которому предполагалось перетащить в залив Норрфьёрден часть галеро. Этот маневр долже был заставить шведов отойти от Гангута или же разделить свои силы, после чего надлежало осуществить решительный прорыв основными силами флота.
   Конструктивно переправа должна была выглядеть так: в онсовании – четыре линии уложенных параллельных брёвен - (назывались лежни), поперек которых укладывался бревенчатый настил - по нему на специальных «санях», рассчитанных на две галеры каждые, и предстояло тянуть корабли Волок по всей протяженности был разделен на три участка - по 400 саженей, то есть около 850 метров.
    Работы намечалось вести скрытно, поэтому всех жителей деревни Тверминне решили даже переписать поименно и запретить им выходить из деревни, разместив вокруг нее караулы. Впрочем. уже 25 июля несколько местных жителей сообщили шведскому командованию, что русские собираются перетащить свои галеры через переволоку из заинка к северу от Тверминне за полуостров Гангут. Причём, по их словам, переволока уже была полностью готова. Естественно, что это известие вызвало обеспокоенность у адмирала Ватранга. Он решил упредить противника и отдал приказ двум отрядам кораблей направиться к концам этого маршрута транспортировки судов сухим путем и «воздействовать» на неприятеля.
   К тому месту, где должно было заканчиваться волочение, направился отряд шаутбенахта Нильса Эреншельда в составе прама «Элефант», шести галер и трех шхерботов, ему надлежало бомбардировать русские галеры, когда те будут спускаться на воду с переволоки. А к заливу у Тверминне был направлен отряд вице-адмирала Э.Ю. Лиллье, включавший в том числе 8 линейных кораблей, которому предстояло атаковать главные силы русских. Остальные корабли под командой самого Ватранга остались на Гангутском плесе.

Действия русских

    ПетрОтряды Эреншельда и Лиллье отправились к своим целям после полудня 25 июля - первый в тот же день прибыл к месту назначения, но второму исполнить приказание помешал наступивший штиль. Услышав орудийные выстрелы, Петр I во главе небольшого отряда отправился к дозору, где увидел, что шведский флот разделился. Поняв, что отряд Лиллье будет наносить удар по скученному русскому флоту, царь созвал военный совет, на котором было решено при штиле прорываться, обогнув корабли Ватранга мористее, вне досягаемости артиллерийского огня противника.
   Утром 26 июля русский флот пошел на прорыв - первым двинулся отряд из 20 галер под командованием командора Матвея Христофоровича Змаевича, бригадира Волкова и капитана Бредаля, который стремительно прорвался мимо шведских кораблей. Корабли Ватранга открыли огонь, но русские галеры были вне зоны досягаемости, тогда адмирал попытался буксировать корабли при помощи шлюпок, но это тоже проблемы не решило.
   «Мой корабль, - писал позднее адмирал Г. Ватранг, - был взят на буксир тремя шлюпками и одним шхерботом, но все же я не мог подвергнуть галеры серьезному обстрелу, хотя я вел по ним огонь из пушек. Однако, чем ближе я со своим кораблем, находившимся на главном пункте, и другие наши суда подходили к ним, тем дальше они отступали в море».
    Следом за первым благополучно прорвался и второй отряд из 15 галер, причем подразделение Змаевича после этого наткнулось на небольшой шведский отряд контр-адмирала  Таубе, который шел к Гангуту на соединение с главными силами. Боя шведы не приняли и ретировались.
   Ватранг отозвал назад отряд Лиллье, предполагая, что остальные русские галеры будут прорываться тем же путем, и вечером 26 июля приказал отбуксировать свои корабли мористее. Однако в результате этого маневра свободным оказался прибрежный фарватер, и ранним утром 27 июля оставшиеся 64 русские галеры кильватерной колонной пошли по нему на прорыв. И вновь при штиле шведские корабли оказались беспомощны - единственной потерей русских стала севшая на мель скампавея «Конфай», которую и захватил в качестве трофея противник. В плен попали 232 русских воина, в том числе 174 солдата Шлиссельбургского полка вместе с полковым священником.

Шведы обеспокоены

   Прибыв на место, Эреншельд обнаружил, что русские не используют переволоку, поэтому, чтобы сообщить об этом начальству и получить новые указания, отправил к Ватрангу посыльное судно. Однако вскоре послышалась орудийная пальба, и затем в виду отряда Эреншельда появились галеры Змаевича. Шведы стали отступать. Эреншельд надеялся оторваться от противника в густом лабиринте шхер, но не смог сделать это и в итоге оказался запертым в Рилакс-фиорде. Наконец, в полдень 27 июля к отряду Змаевича присоединились главные силы русского флота. Наступил решающий момент. Однако все же Эреншельд был опытным моряком и командиром, он быстро организовал оборону - выстроил свои корабли строем в виде вогнутого полумесяца, оба фланга которого упирались в острова. В центре первой линии стоял 18-пушечный прам «Элефант», по бокам от него находились по три галеры, а во второй линии - три шхербота, имевших по 4-6 пушек Эреншельд надеялся огнем с «Элефанта» отразить атаки русских галер и ждал, что погода переменится, и Ватранг придет к нему на помощь.

БакуаГангутское сражение. Гравюра Маврикия Бакуа

Сражение

    Утром 27 июля 35 русских кораблей стали занимать места в боевом строю. По причине узости пролива одновременно атаковать противника могли всего 23 корабля (полугалер и скампавей), которые и составили авангард русского отряда: в центре находились 11 галер, на флангах - еще по 6 кораблей в два ряда, тогда как командовавший атакой Петр I на отдельной галере находился позади атакующих. По данным историков, количество орудий на галерах составляло немногим более сотни, а численность команд русского авангарда насчитывала 3250 человек рядовых, плюс некоторое количество офицеров. Однако на галеры был посажен десантный отряд из не менее чем 3000 человек под командованием генерала А.А. Вейде. Это позволило бы создать численный перевес при абордажном бое, но сначала требовалось приблизиться к противнику, а осуществить это было совсем непросто.
   После обеда генерал-адмирал Федор Апраксин направил к Эреншельду в качестве парламентера генерал-адъютанта Павла Ивановича Ягужинского, который предложил тому спустить флаг и избежать напрасного кровопролития. Однако Эреншельд ответил: «Я всю жизнь служил с неизменною верностью своему королю и отечеству, и как я до сих пор жил, так и умирать собираюсь, отстаивая их интересы. Царю как от меня, так и от подчиненных моих нечего ждать, кроме сильного отпора, и, ежели он решил нас заполонить, мы еще с ним поспорим за каждый дюйм до последнего вздоха». Получив такой ответ, русское командование приступило к атаке шведского отряда.

Сражение

   Сражение началось около 14:00 и продолжалось более двух часов. По имеющимся данным, шведам благодаря удачной диспозиции удалось отбить две атаки русских галер, но в ходе третьей, которая велась не с фронта, а с фланга вдоль острова Лаккисэн, русским морякам и солдатам удалось постепенно взять на абордаж все галеры (11 судов), флагманский корабль, прам «Элефант». По свидетельству очевидцев, скученность была такая, что некоторые солдаты падали с борта прама в воду. «Абордирование так жестоко чинено, что от неприятельских пушек несколько солдат не ядрами и картечами, но духом пороховым от пушек разорваны», - сообщается в походном журнале Петра I.
   В жестоком бою русские флот и десант потеряли 127 человек убитыми (их похоронили на окрестных островах) и 342 человека ранеными. Потери противника были существенно больше: убитыми числился 361 человек, ранения получили около 350 человек, причем многие - очень тяжелые. Вскоре около 200 пленных скончались. Всего вместе с ранеными в плен попало около 580 шведов, в том числе контр-адмирал Эреншельд. В качестве трофеев были взяты все шведские корабли.

Сражение 1

    Утром 9 сентября 1714 года прам «Элефант» и остальные захваченные шведские корабли торжественно ввели в Неву. Сначала шли три русские галеры, за ними шведские шхерботы, потом шесть плененных галер и «Элефант» с приспущенными на корме шведскими флагами и высоко поднятыми рядом русскими флагами. Взятый в плен Эреншельд находился на «Элефанте», а Петр I стоял на галере, шедшей за прамом.
   В ходе морской баталии при мысе Гангут был убит 361 шведский моряк. В плен попало 580 человек, причем 350 вражьих бойцов были ранены. Русские потери составили 127 моряков убитыми и 341 человек вышел из боя раненым. Кроме прочего, шведской стороной были пленены 186 моряков из состава экипажа галеры, севшей на мель при прорыве через шхеры.
   Сражение при Гангуте 27 июля 1714 года стало первой крупной победой еще зарождающегося русского флота, ознаменовав собой рождение России, как великой морской державы. Эта победа даровала русским войскам возможность свободно действовать в акватории Финского и Ботнического заливов. Командование российской флотилией применило неслабую смекалку, а также умение тактически мыслить, использовав преимущество мелких гребных судов перед огромным, но не настолько мобильным флотом шведов, сделавших упор на мощные, но неповоротливые линейные корабли.
    После победы в сражении при Гангуте русский флот стал более активно вступать в бой со шведскими кораблями и вскоре взял под контроль всю восточную часть Балтийского моря.
   Русский флот стал играть важную роль во внешней политике государства, а вскоре ему предстояло сразиться с турецким флотом за господство в Чёрном море. Но прологом к этому стала победа при Гангуте.

БоголюбовСражение при  Гангуте. Художник А. Боголюбов

ЯхнинГангутский бой. Художник Р. Яхнин

     Памятуя о подвиге героев морского сражения при мысе Гангут, первой крупной победе в истории русского регулярного флота, в 1735-1739 гг. в Санкт-Петербурге была построена церковь святого Пантелеймона. Церковь также явилась памятником героям битвы за остров Гренгам, произошедшей в 1720 году, причем в тот же день - 27 июля, день памяти святого Пантелеймона.
    Спустя 200 лет, в честь юбилея победы, согласно инициативе Императорского Российского военно-исторического общества, фасад строения был украшен мраморными мемориальными плитами, где благодарные потомки увековечили в камне имена всех участников сражений при мысе Гангут и острове Гренгаме.
    Под эгидой празднования 200-летия победы при мысе Гангут Императорский монетный двор отчеканил памятную медаль «В память 200-летия морского сражения при Гангуте».
   В годы Великой Отечественной войны на полуострове Ханко (современное название Гангута) была построена советская военно-морская база, а вклад героев ее обороны наравне с героями Гангута и Гренгама увековечен мемориальной плитой, а также исторической музейной экспозицией, размещенной в церкви святого Пантелеймона в Санкт-Петербурге.